Bіддана
Как создавались платья, шляпы, прически и прочие нюансы образов всех героев фильма


ТЕКСТ:
Анастасия Рахманина
«Маньяк деталей»
Собирая материалы для спецпроекта, этот блок мы условно назвали «Стиль», хотя на самом деле речь идет о чем-то намного большем: визуальная концепция картины «Віддана» – целый мир, каждая деталь в котором подчинена общей идее и стилистике, складываясь в порой причудливые формы, но идеально дополняя друг друга. Для создания такого мира требовался человек с особым видением – им стала художник по костюмам и дизайнер Леся Патока, в свое время открывшая уникальную студию Patoka. Леся работала с шоу-бизнесом (ONUKA, Иван Дорн, Pianoбой, Panivalkova, «Брутто», Потап и Настя, Оля Полякова) и рекламой, создавая неповторимые образы и костюмы, на 90% сделанные вручную. «Меня очень заинтересовало предложение поработать над фильмом, создать не историческое кино, а стилизацию, основанную на исторических фактах, – признается Патока. – Для всей моей команды это был вызов, такой супершанс: показать Западную Украину не в вышиванках и народных костюмах, как во многих картинах, а такой, какой она была в конце XIX века под влиянием Австро-Венгрии».
Сама Леся в шутку называет себя безумной шляпницей. Именно эти качества художницы – и нестандартность мышления, и любовь к головным уборам – пришлись при создании фильма как нельзя кстати
Почему стилизация? По словам дизайнера, кино, выходящее на экраны в 2020-м, должно выглядеть современно, чтобы все, показанное в кадре, вдохновляло и приводило в восторг (особенно женскую аудиторию). Поэтому по настоянию Патоки было принято решение использовать современные материалы и технологии, но основываться на исторических фасонах и модных тенденциях того времени. «Например, все женщины в 1900 году носили воротник-стойку, высота которого варьировалась – чем выше стойка, тем более высокопоставленный человек. Декольте, открытые плечи или спина были не приняты, – рассказывает Леся. – Характерной чертой была «голубиная грудка» – рюши на женских блузках, создающие иллюзию пышной груди. Все женщины носили корсет, он к тому времени видоизменился, захватывая только талию и немного бедра, а под него надевалась сорочка.
Сорочка в тот период уже разделялась на панталончики и маечку – раньше такого не было. Высокопоставленные женщины вне зависимости от сезона и времени дня носили юбки в пол, со шлейфами; все, кто ниже по рангу, – юбки по щиколотку, что также было вызвано соображениями удобства (не нужно постоянно стирать подолы). У них была специфическая обувь – шнурованные сапожки на каблучке-рюмочке, носившиеся весь год.
Только очень богатые и влиятельные люди имели возможность заказывать обувь из парчи, шелков и т. д. Мужчины носили рубашки со стойками, на которые вязали платки, брюки с высокой посадкой и на подтяжках, характерные бело-черные туфли, при выходе в свет – фраки. При них постоянно был цилиндр, который снимался только на светских мероприятиях. Поскольку мы использовали современные ткани, я хотела сохранить максимум исторических фасонов и фишек того времени, чтобы все это не выглядело как что-то новосозданное».
Режиссер фильма Кристина Сиволап называет мир главной героини Стефы, рассказывающей историю, «миром, где реальность и иллюзия сплелись в плотный клубок, который не под силу распутать изнутри».
Мир, где сплелись реальность и иллюзия
Атмосферу этого мира прекрасно передает первый постер «Відданої», нарисованный Светланой Дорошевой. Кстати, фирменный шрифт промоматериалов картины также разрабатывала Леся Патока
Этот же постер подсказал создателям фильма идею первого тизера – обратите внимание, насколько точно команда Патоки сумела передать детали: тон, формы, фактуры. «Цветы в волосах Стефы выполнены в технике холодного фарфора, а украшения Адели – в технике витража», – рассказывает Леся. Такая страсть к деталям – одна из особенностей картины «Віддана»
«Распутывать» свой собственный «клубок» Патока начала со сценария (художница прочитала роман Софии Андрухович единожды, сделав все необходимые пометки, а дальше руководствовалась советами режиссера) и знакомства с командой. «Честно говоря, поначалу было страшновато, – вспоминает Леся. – Я не специалист по историческому костюму – скорее по стилизациям, сказкам, поэтому сразу сказала, что это не моя сильная сторона. Было страшно, что мы не сойдемся с режиссером, но она мне поверила, дала возможность показать, как я это вижу. На первом этапе нужно было притереться друг к другу – как и с художником-постановщиком. Александр [Батенев], кстати, поначалу тоже очень настороженно ко мне относился, но когда увидел все мои подборки, референсы, презентации, то сказал, что теперь он спокоен – мы мыслим в одном ключе».
Направление работы задавала режиссер, предлагая общую картинку, тон и т. д. Исходя из этого, художник по костюмам давала решения по каждому из героев: их старались разделить по цветовой гамме, чтобы у зрителя не возникло путаницы. «Для Адели мы выбрали пастельные тона, она такая нежная, как пирожное. А костюмы Стефы решены в простых, четких и достаточно тусклых цветах – это тоже помогает передать характер героя», – объясняет Патока. Сценарий фильма переписывался порядка 30 раз, потому к эпизодам «под вопросом» приступали в последний момент, что помогло избежать переделок. Всю работу (а это более 300 образов и примерно 1000 костюмов, включая второстепенных героев и массовку) команда художницы провернула за три месяца – с середины января до середины апреля 2019-го. Причем делать все пришлось фактически с нуля. «1900 год, Австро-Венгрия – для современной Украины это суперспецифический период, – говорит художница. – Мы перешерстили костюмерные цеха, но максимум, что нашли, – штук 20 мужских цилиндров на Киностудии Довженко в совершенно «убитом» состоянии. Ни о каких костюмах-тройках или высоких штанах на подтяжках речи не шло. Что уже говорить о платьях для дам. Мы пытались контактировать с венгерскими костюмерными цехами, звонили в Австрию, но оказалось, что аренда – это еще и колоссальная страховая сумма, оформление кучи документов, пошлины и контроль. Все подсчитав, мы с продюсерами поняли: произвести в Украине, как ни крути, дешевле, чем взять в аренду за границей. Увы».
Задача осложнялась еще и тем, что в Украине нет ни музея моды, ни консультантов по историческому костюму конца XIX века на территории Австро-Венгрии. Зато есть консультанты по военному костюму – их помощью Патока воспользовалась, например, при создании генеральской формы.
«Недели три я поднимала исторические сводки, перешерстила в интернете множество архивов, обыскала весь Pinterest, собрала почти три тысячи референсов по всей австро-венгерской территории, захватив и украинцев, и румын (у нас были очень колоритные персонажи на рыночной площади). Из них сформировала огромные презентации по каждому направлению – отдельно на Аделю (Аделя нарядная, Аделя casual), Стефу, Петра, даже массовку… Это показывалось режиссеру, она вносила коррективы, мы добавляли обязательные факты из книги, все, на что важно обратить внимание, – и так создавались образы».
Такими мудбордами были увешаны все стены производственного цехапо каждому из десяти центральных персонажей
Только у Адели было девять тотал-луков, включая шляпки, перчатки, чулки, белье и украшения
Многих материалов, необходимых для создания таких красот, в Украине тоже не достать,
потому Патока собирала их по всей… Азии. Антикварные ручные сумочки, которым более
ста лет, Леся привезла из Бангкока, долго торговавшись с продавщицей на блошином
рынке («В итоге она продала нам 12 сумочек по цене десяти. Я была так счастлива!
Больше чем если бы вышла с тремя пакетами из магазина Chanel. Потому что ты
отхватил фантастическую вещь с сумасшедшей историей, винтажную, и главное – эту
вещь невозможно добыть в Украине: нигде ни за какие деньги»).
Расшитые ткани и кружево ручной работы для нарядов Адели – из китайских и индийских кварталов («Я не могла оттуда уйти, выгребла все деньги и привезли полтора чемодана этих материалов»).
Некоторые сумочки потом дорабатывались украинскими мастерицами –
например, обшивались стеклярусом
Украшения – из тайского квартала («Из них я сделала потрясающий головной убор для Кати Кухар. Там же мы купили эти длинные ногти – насадки на пальцы, и я была абсолютно счастлива!»).
А еще – перья райских птиц, винтажные шляпы и прочие мелочи, без которых невозможно обойтись при таком внимании к деталям. «У иллюзиониста шевалье Торна по книге есть «розкішний перстень зі смарагдом» в виде змеи, которая держит этот камень. Мы собирались его заказывать, пробрифовали разных мастеров, но в Бангкоке мне повезло попасть в квартал байкеров и отхватить там потрясающее кольцо со змеей, держащей во рту камень – прямо как в книге. В Киеве мы камень выбили и вставили Swarovski, чтобы он красиво мерцал», – признается Патока.
Вышивальщицы украшали узорами женские чулки и перчатки.
Мастер из Винницкой области делала корсеты.

Кузнецы создавали шлемы для пожарных. «В то время пожарные шлемы – отлитые из металла, с красивой геральдикой – делали кузнецы, – объясняет Патока. – И например, в Австрии они сохранились, можно арендовать, но транспортировка и налоги – это сумасшедшие деньги. Потому мы находили мастеров, которые занимаются реконструкциями, рыцарскими доспехами, и они для нас отливали шлемы, делая специальную формовку под геральдику. Потом это все с помощью шпилей привинчивалось к одежде – в общем, серьезные вещи, не из папье-маше».
«Стационарно» же с Лесей работали порядка 10 закройщиков и портных, а также ее команда из шести человек (помощники, ассистенты, костюмер). «Это просто фантастика! Такой объем должны делать в три раза больше портных, но мне очень повезло», – говорит художница. Кроме того, во время работы над костюмами для фильма к Патоке пришли студенты из КНУТД. «Они проходили практику два месяца и, конечно, были в шоке от количества задач и бессонных ночей, – смеется Леся. – Но это была лучшая практика, какую можно придумать».
Впрочем, работы «под заказ» украинским умельцам хватило и без перстня. Обувные мастера изготавливали для «Відданої» мужские ботинки на пуговицах и обувь для Стефы и Адели (в том числе туфельки из парчи и шелка с бархатными лентами).
Ночная рубашка Адели тоже непростая: фасон – исторический, а ткань – прозрачная, чтобы подчеркнуть эротизм сцены, но не раздевать актрису полностью

Из-за волос Адели Патока устроила битву с парикмахерами художница хотела, чтобы героиня была «настоящая Рапунцель». Сколько для этого пришлось найти трессов (прядей волос на заколках) не спрашивайте

На каждом платье Адели уходил семь-десять метры ткань - часто двойной слой, который сверху перекрывался кружево
Ночная рубашка Адели тоже непростая: фасон – исторический, а ткань – прозрачная, чтобы подчеркнуть эротизм сцены, но не раздевать актрису полностью
Из-за волос Адели Патока устроила битву с парикмахерамихудожница хотела, чтобы героиня была «настоящая Рапунцель». Сколько для этого пришлось найти трессов (прядей волос на заколках)не спрашивайте
«Маленькая китайская фабрика» и две тысячи пуговиц
Одной из главных задач Патоки было не просто одеть героев, а и передать особенности их характеров. «Аделя – холодная, аристократичная, со сложным характером, можно сказать, леди голубых кровей, – описывает героиню художница. – Она всегда с поднятым носиком, и это мы должны были подчеркнуть именно костюмом». Отсюда – пастельные тона, изысканные украшения и просто невероятные ткани даже для повседневной одежды.
«Есть образы, которые мы называем casual – например, чудесное молочное платье Адели из натурального шелка. Многие девушки говорят, что это не casual – в нем можно идти на свадьбу!» – смеется Леся.
Праздничные же образы Адели просто поражают. Чего только стоит платье для похода в театр из натурального шелка и кружева ручной работы, изготовленного вручную мастерами из Индии. «Каждый цветочек на верхней части блузки вырезан мной и моей командой собственноручно. И пришит также собственноручно», – говорит Патока. Огромное количество пуговиц – еще одна характерная черта того периода, потому ни на одном платье в фильме вы не увидите молний. «Для всех нарядов мы обтягивали пуговки тканью, и когда закончилась вторая пачка пуговиц – а это больше двух тысяч, то поняли, что круто зашли в кино, – вспоминает художница. – Конечно, в современном мире это совершенно непрактично, и одевали мы девушек очень долго (я уже молчу о корсетах и всем остальном). Представьте себе: пока застегнешь каждую пуговку, можно сойти с ума. Даже не буду говорить, как проходили эротические сцены – пока их расстегнешь, сил ни на что не остается».
На каждое платье Адели шло семь-десять метров ткани: часто в два слоя, а сверху – еще и кружево
«Стефа не может позволить себе наряд со шлейфом, поскольку она служанка. Очень чистая, аккуратная, но – служанка, – продолжает Патока. – Ей должно быть удобно, потому на ее платьях нет ни кружев, ни украшений. Когда Стефа встречает бывшую любовь, в ней просыпаются сильные чувства, и это нужно было как-то показать. После долгих споров придумали: идя на встречу с ним, она вплела себе в волосы цветы, которые сорвала в саду, – единственное, что Стефа могла себе позволить, но эта деталь отражает происходящую в ней трансформацию».
«Очень много времени мы тратили на фактуры: чтобы одежда не выглядела только что сшитой, мы старались ее где-то вываливать, зачернять. Постоянно пачкались фартуки Стефы, их нужно было сохранять, шить новые, а затем возвращать в кадр то, что уже снимали грязным. Поэтому у нас собралась целая коллекция интересных пятен и фактур»
А это самый нарядный образ Стефы – для похода в театр. «Тут у нее появляется шляпка, – обращает внимание Леся. – Она, конечно, не такая роскошная, как у Адели, довольно скромная, но мы также старались ее украсить. Кроме того, у Стефы есть очень интересная вещь – макинтош. Я потратила очень много времени, чтобы найти хоть какие-то лекала такой одежды».
Доктору Ангеру, отцу Адели, надели очки«чтобы он выглядел более серьезным, солидным и начитанным»
Чтобы превратить восьмилетнего актера Ясина Фараджаллаха, сыгравшего Феликса, в толстяка, на мальчика надевали специальные накладки из ткани
Мужские образы в фильме также сделаны с любовью и вниманием к деталям (не зря ведь Патока называет себя «маньяком деталей»). Мужа Адели Петра – скульптора – создатели фильма хотели показать творческой личностью и, прислушавшись к предложению актера Романа Луцкого, подобрали герою свободные мятые рубашки для сцен за работой. В театр же нужно надевать фрак, но, поскольку Петр «чхать хотел на всю эту разряженную публику», под фрак он надевает вышиванку – серую с серой вышивкой. «Она стилизованная и некричащая, таким образом нашли баланс, – комментирует Леся. – Мы с режиссером и актерами все время искали какой-то консенсус, чтобы они чувствовали себя круто в этих образах».
А иллюзионист Торн«лощеный и немного пижон». Он путешествует по всему миру, собирая самые модные тенденции, поэтому у него роскошные вещинапример, синий пончо-плащ
Когда оказалось, что Сергей Волосовец, сыгравший греко-католического священника Иосифабывшую любовь Стефы, – носит обувь 50-го размера, команда Патоки схватилась за голову. «50-й? Это что, как вся моя рука?»смеется Леся. С большим трудом две пары подходящих туфель удалось отыскать в магазинчике обуви нестандартных размеров, и после съемок актер предлагал их выкупить за любые деньгинастолько сложно в Украине найти нечто подобное. Впрочем, покупать не пришлосьСергею их подарили
Самая масштабная сцена фильма снималась в Черновицком оперном театре, для нее пришлось одевать 300 человек. «Конечно, на каждого мы не шили полный костюм, – признается Патока. – Первый ряд был одет с ног до головы, даже перчаточки, а дальше по ниспадающей: кто-то – наполовину, кто-то – на треть. Для этой сцены мы создали более 120 женских шляп. Головные уборы того периода были абсолютно волшебными: суперширокополые шляпы из атласа, шелка, с цветами ручной работы, фантастические перья и вуали. Материалы мы заказывали на AliExpress, по всей Украине покупали искусственные цветы, подключали мастеров, вручную создававших цветы из ткани, и потом это все собирали с моей командой. Честно говоря, в какой-то момент мы почувствовали себя маленькой китайской фабрикой (смеется), потому что 120 шляпок! Казалось, они никогда не закончатся».

Для мужчин изготовили почти 100 цилиндров – многие также делались под заказ киевскими шляпниками. «Мы привозили им ткань, точь-в-точь как на сюртуках или жилетках персонажей, а все остальное заказывали в Китае – обманывались какими-то полукартонными шляпами, потому что количество невероятное и такие вещи нельзя просто купить в магазине. Они суперспецифические», – говорит художница.
Специфические наряды придумывались также для рыночных сцен, где присутствовали герои разных национальностей, а для сцены в тюрьме понадобилась одежда для ста заключенных. «После сцены на 300 человек ты уже не пытаешься считать, – смеется Патока. – Мы создали огромное количество невероятных нарядов, 80% которых, кстати, будут переданы в костюмерную FILM.UA, и их можно будет взять в аренду».

По словам Леси, в процессе работы она сильно переживала, понравятся ли ее образы фанатам книги «Феликс Австрия», не разойдутся ли они с тем, что представляли себе читатели. «Это было начало съемок, третий или четвертый день, я вбежала в гримерную с очередными платьями Адели, которые мы вышивали ночами. Там была София Андрухович, но я даже не поняла, кто это, и быстро начала переодевать актрису. Когда она должна была выходить, продюсер Надя [Зайончковская] говорит: «Это София, познакомьтесь. София, смотрите, это Аделя». И тут я увидела в глазах Софии восторг! Спрашиваю: «Вам подобається?» А она: «Це неймовірно! Саме так, як я й уявляла». В тот момент я почувствовала, что все получилось».

А впрочем, хватит слов – видео с бэкстейджа расскажет вам о красотах фильма куда красноречивее.
Bіддана
Текст: Анастасия Рахманина, Анна Беликова, Анна Давыдова
Дизайн: Алексей Панов
Бильд-редактор: Андрей Полищук
Фотоматериалы: пресс-служба FILM.UA; Zarina; MBR
Литературные редакторы: Марина Дерская, Дарья Дерская
Редактор спецпроекта: Анна Давыдова